Людмила Павловна Малеева: сделать музей востребованным
Людмила Павловна Малеева (1940−2022), родилась 9 марта 1940 г. в городе Нижний Тагил. В 1968 г. окончила исторический факультет Ленинградского государственного университета и вернулась в родной город. В Нижнетагильский музей пришла в 1970 г. Работала в должностях научного сотрудника, с 1979 г. — зав. отделом дореволюционного прошлого, а с 1988 по февраль 1996 г. — заместителя директора по научной работе.
В 1960−70-е годы в СССР стало уделяться большое внимание развитию музейного дела. Прежде всего, это касалось комплектованию предметов советского периода, отражающих революционное движение, социалистическое строительство и историю Великой Отечественной войны. Очень важным аспектом стал вопрос охраны памятников истории и архитектуры.
В Нижнетагильском музее начало 1970-х гг. стало временем смены поколений музейных сотрудников. В 1968-мИ.Г. Семёнов заменил на посту директора А. А. Саматову. Музейный коллектив включился в решение новых задач.
Людмила Павловна вспоминает:
В Нижнетагильском музее начало 1970-х гг. стало временем смены поколений музейных сотрудников. В 1968-мИ.Г. Семёнов заменил на посту директора А. А. Саматову. Музейный коллектив включился в решение новых задач.
Людмила Павловна вспоминает:
— Как начиналась наша работа в музее? Краеведческий музей находился там, где и сейчас — в лабораторном флигеле здания заводоуправления горнозаводским округом, в котором тогда располагался горисполком. На первом этаже размещалась экспозиция дореволюционного отдела, на втором — экспозиция по советской истории и отдел природы. Сейчас это трудно себе представить! А ведь кроме экспозиционных залов здесь же располагались некоторые хранилища, библиотека и кабинет сотрудников! К этому времени цокольный этаж дома управителя во внутреннем дворе горсовета был уже передан музею. Туда были перемешены коллекции «Одежда, ткани» и «Археология», а потом и другие.
Филиал у музея тогда был один — Мемориально-литературный музей А. П. Бондина.
Главная наша задача заключалась в том, чтобы сделать музей востребованным в городе. Большую часть посетителей составляли учащиеся, а надо было сделать так, чтобы о музее знали промышленные предприятия. Начали мы с повышения уровня экскурсий. Нельзя сказать, что до этого экскурсии были плохими. Вовсе нет. Но получалось, что у каждого сотрудника — свой рассказ. В этом заключалась особенность нашего музея: существовали основные факты, которые мы приводили, а дальше каждый работал по тем экспонатам, которые ему, можно сказать, «симпатичнее». Поэтому предстояла большая методическая работа по «оттачиванию» как обзорных, так и тематических экскурсий. При этом стали больше обращать внимания на научную сторону, используя достоверные, документально подтверждённые факты.
Проводили большую работу по, как бы сейчас сказали, формированию позитивного имиджа музея, повышению его рейтинга. Это выражалось в проведении юбилеев — 50 и 60 лет работы в советский период (1974, 1984), научных конференций, публикации статей в газете «Тагильский рабочий». Мы добились того, что к нам стали ходить представители власти, руководители и работники предприятий, а также гости города. Например, Б. Н. Ельцин, будучи секретарём обкома, посещая Тагил, обязательно приводил к нам все делегации. Посетителей принимали не только в музее, стали готовить лекции, устные журналы и выезжать на предприятия, в школы, в воинские части, в совхозы. Широкая просветительская работа позволила нам привлечь людей в музей. В 1979 г. встал вопрос о нашем вхождении в состав Свердловского областного музейного объединения, и музей стал историко-революционным музеем. Но нам становилось «тесно» в рамках историко-революционного музея. Нужно было искать что-то своё. После ряда производственных и научно-методических совещаний научных сотрудников тема была определена: Нижнетагильский горнозаводской округ! Именно развитие округа по всем направлениям с XVIII в. до наших дней стало ключевой идеей развития музея, определило перспективы как научно-исследовательской, так и работы по комплектованию.
Новые созданные музеи должны были раскрытьразличные стороны жизни округа: производство, промыслы, быт, культуру, природу и т. д. Для их создания нужны помещения. Поэтому в конце 1970-х была поставлена задача — создать музейный комплекс на базе реставрации и музеефикации памятников архитектуры и истории. Очень многие в то время относились к этой идее скептически. Поскольку здания не пустовали, в большинстве из них размещались либо жилье, либо учреждения. Но, мы продолжали работать.
Одним из назревших вопросом было перемещение книжного фонда краеведческой библиотеки. Уникальное книжное собрание хранилось в небольшом по площади помещении, не отвечающим требованиям правильного хранения. Нам передали дом по ул. Уральской, 6 — дом купца Всехвальнова. Ремонт здания проводился силами Высокогорского механического завода.
Музейные сотрудники также принимали в этом активное участие — проводилось очень много субботников. Это здание было первым опытом строительства.
Филиал у музея тогда был один — Мемориально-литературный музей А. П. Бондина.
Главная наша задача заключалась в том, чтобы сделать музей востребованным в городе. Большую часть посетителей составляли учащиеся, а надо было сделать так, чтобы о музее знали промышленные предприятия. Начали мы с повышения уровня экскурсий. Нельзя сказать, что до этого экскурсии были плохими. Вовсе нет. Но получалось, что у каждого сотрудника — свой рассказ. В этом заключалась особенность нашего музея: существовали основные факты, которые мы приводили, а дальше каждый работал по тем экспонатам, которые ему, можно сказать, «симпатичнее». Поэтому предстояла большая методическая работа по «оттачиванию» как обзорных, так и тематических экскурсий. При этом стали больше обращать внимания на научную сторону, используя достоверные, документально подтверждённые факты.
Проводили большую работу по, как бы сейчас сказали, формированию позитивного имиджа музея, повышению его рейтинга. Это выражалось в проведении юбилеев — 50 и 60 лет работы в советский период (1974, 1984), научных конференций, публикации статей в газете «Тагильский рабочий». Мы добились того, что к нам стали ходить представители власти, руководители и работники предприятий, а также гости города. Например, Б. Н. Ельцин, будучи секретарём обкома, посещая Тагил, обязательно приводил к нам все делегации. Посетителей принимали не только в музее, стали готовить лекции, устные журналы и выезжать на предприятия, в школы, в воинские части, в совхозы. Широкая просветительская работа позволила нам привлечь людей в музей. В 1979 г. встал вопрос о нашем вхождении в состав Свердловского областного музейного объединения, и музей стал историко-революционным музеем. Но нам становилось «тесно» в рамках историко-революционного музея. Нужно было искать что-то своё. После ряда производственных и научно-методических совещаний научных сотрудников тема была определена: Нижнетагильский горнозаводской округ! Именно развитие округа по всем направлениям с XVIII в. до наших дней стало ключевой идеей развития музея, определило перспективы как научно-исследовательской, так и работы по комплектованию.
Новые созданные музеи должны были раскрытьразличные стороны жизни округа: производство, промыслы, быт, культуру, природу и т. д. Для их создания нужны помещения. Поэтому в конце 1970-х была поставлена задача — создать музейный комплекс на базе реставрации и музеефикации памятников архитектуры и истории. Очень многие в то время относились к этой идее скептически. Поскольку здания не пустовали, в большинстве из них размещались либо жилье, либо учреждения. Но, мы продолжали работать.
Одним из назревших вопросом было перемещение книжного фонда краеведческой библиотеки. Уникальное книжное собрание хранилось в небольшом по площади помещении, не отвечающим требованиям правильного хранения. Нам передали дом по ул. Уральской, 6 — дом купца Всехвальнова. Ремонт здания проводился силами Высокогорского механического завода.
Музейные сотрудники также принимали в этом активное участие — проводилось очень много субботников. Это здание было первым опытом строительства.
Чтобы воплотить в жизнь идею горнозаводского музея, начали составлять список зданий, которые мы могли бы получить для своего будущего комплекса, которые могли бы перейти музею. Это Верхние и Нижние провиантские склады, дом Черепановых, бывший казённый, господский дом по Тагильской улице.
Черепановский дом «пасла» Лидия Петровна Лепо. В нем тогда размещался детприемник. «Пасла» — это значит не только участие в переписке с властями о передаче его музею. Это еще и активное комплектование предметов музейного значения. Мы с Лидией Петровной обошли всю Выю, собирая экспонаты. Держали тесную связь с работниками детприемника. Написали справку по истории дома. Директор И. Г. Семенов обратился в УВД Свердловской области, так как здание принадлежало им, в горисполком — в УВД города. В результате и здание было передано нам. Встал вопрос о реставрации. Как часто вспоминает Иван Григорьевич, для нас это дело было совершенно новое, своих специалистов не было, поэтому обратились в Москву. По моей просьбе архитекторы Росреставрации делали историко-архитектурные справки. Необходимо было и нам активно работать в центральных архивах. Самым главным препятствием было отсутствие жилья в столицах, поселиться в гостинице в то время было практически невозможно. Как только не решался этот вопрос! Жили у родных, знакомых, знакомых знакомых, общежитиях учебных заведений — кому как повезет.
Черепановский дом «пасла» Лидия Петровна Лепо. В нем тогда размещался детприемник. «Пасла» — это значит не только участие в переписке с властями о передаче его музею. Это еще и активное комплектование предметов музейного значения. Мы с Лидией Петровной обошли всю Выю, собирая экспонаты. Держали тесную связь с работниками детприемника. Написали справку по истории дома. Директор И. Г. Семенов обратился в УВД Свердловской области, так как здание принадлежало им, в горисполком — в УВД города. В результате и здание было передано нам. Встал вопрос о реставрации. Как часто вспоминает Иван Григорьевич, для нас это дело было совершенно новое, своих специалистов не было, поэтому обратились в Москву. По моей просьбе архитекторы Росреставрации делали историко-архитектурные справки. Необходимо было и нам активно работать в центральных архивах. Самым главным препятствием было отсутствие жилья в столицах, поселиться в гостинице в то время было практически невозможно. Как только не решался этот вопрос! Жили у родных, знакомых, знакомых знакомых, общежитиях учебных заведений — кому как повезет.
В начале 1990-х приступили к реставрации здания. Но из-за социально-экономического кризиса этот процесс растянулся на многие годы, и Историко-технический музей «Дом Черепановых» открылся в 2004 году.
Музей начал обзаводиться и загородными филиалами. Ещё в середине 1970-х годов мы оказывали методическую помощь мемориальной комнате Д. Н. Мамина — Сибиряка в п. Висим. Тагильский музей сумел добиться ремонта дома Маминых в посёлке Висим. Т. К. Гуськова создала концепцию будущего музея, М. В Дистергефт предложил проект художественного решения. Так у Тагильского комплекса появился первый филиал за пределами города.
Тамара Николаевна Петрухина выдвинула отличную идею создания этнографического музея, которая соответствовала общему направлению нашего развития. Использовать для расположения этнографического музея участок на одной из старейших улиц города — Тагильской, где располагался заводской дом для приезжих, так называемый «Господский дом», — предложила именно она. В то время дом был жилым и принадлежал НТМК. Когда решено было его расселять Тамара Николаевна ходила туда как на работу. Когда последних жильцов выселили, мы осмотрели здание. Впечатление осталось тяжёлое, особенно от полного воды подвала. Но документы все были сделаны, и дом был передан музею.
Дом Худояровых, расположенный тогда на улице Горького, принадлежал НТМК. Долго велись споры оставлять его на улице Горького и переносить на улицу Тагильская. Но сама идея этнографического комплекса требовала объединения нескольких объектов на одной площадке. Когда дом стали переносить на Тагильскую, оказалось, что большинство брёвен трухлявые внутри: снаружи оболочка есть, а внутри всё сгнило… Экспертиза установила, что использовать их невозможно… Было принято решение чётко зафиксировать все размеры. Тамара Николаевна сделал все обмеры. Конечно, обратились в Тагильский леспромхоз, который специально для нас отбирал деревья. Петрухина сама ездила в лес — выбирала вместе с ними. Очищенные брёвна везли на Тагильскую. Архитектурное сопровождение вела Мария Афанасьевна Воврженчик.
Музей начал обзаводиться и загородными филиалами. Ещё в середине 1970-х годов мы оказывали методическую помощь мемориальной комнате Д. Н. Мамина — Сибиряка в п. Висим. Тагильский музей сумел добиться ремонта дома Маминых в посёлке Висим. Т. К. Гуськова создала концепцию будущего музея, М. В Дистергефт предложил проект художественного решения. Так у Тагильского комплекса появился первый филиал за пределами города.
Тамара Николаевна Петрухина выдвинула отличную идею создания этнографического музея, которая соответствовала общему направлению нашего развития. Использовать для расположения этнографического музея участок на одной из старейших улиц города — Тагильской, где располагался заводской дом для приезжих, так называемый «Господский дом», — предложила именно она. В то время дом был жилым и принадлежал НТМК. Когда решено было его расселять Тамара Николаевна ходила туда как на работу. Когда последних жильцов выселили, мы осмотрели здание. Впечатление осталось тяжёлое, особенно от полного воды подвала. Но документы все были сделаны, и дом был передан музею.
Дом Худояровых, расположенный тогда на улице Горького, принадлежал НТМК. Долго велись споры оставлять его на улице Горького и переносить на улицу Тагильская. Но сама идея этнографического комплекса требовала объединения нескольких объектов на одной площадке. Когда дом стали переносить на Тагильскую, оказалось, что большинство брёвен трухлявые внутри: снаружи оболочка есть, а внутри всё сгнило… Экспертиза установила, что использовать их невозможно… Было принято решение чётко зафиксировать все размеры. Тамара Николаевна сделал все обмеры. Конечно, обратились в Тагильский леспромхоз, который специально для нас отбирал деревья. Петрухина сама ездила в лес — выбирала вместе с ними. Очищенные брёвна везли на Тагильскую. Архитектурное сопровождение вела Мария Афанасьевна Воврженчик.
Ещё одной темой я занималась в музее. Развитие черной металлургии в дореволюционный период. Конечно, в первую очередь это было связано с заводом им. В. В. Куйбышева. Первыми моими консультантами были С. И. Хлопотов и Г. А. Неклюдов.
Начали целенаправленно собирать экспонаты с завода. Тем более было решено создать выставки под открытым небом: горнозаводской техники и продукции НТМК, что и было сделано в 1981, 1985 годах.
По поводу создания завода-музея инициатива, конечно, исходила от нас, от музейщиков. Когда к этому вопросу подошли вплотную, город озаботился вопросом, что с ним делать? Директор музея И. Г. Семёнов предложил музеефицировать эту территорию, то есть сохранить индустриальное наследие нашего края по примеру западноевропейских аналогов. Нашу идею поддержали. При закрытии доменного цеха в 1987 г. Фаина Шарунова, первая в мире женщина-горновая, вручила нам на митинге символический ключ от завода. Тогда началась работа по подготовке документов для создания завода-музея.
Но мы действовали уже в статусе музея-заповедника. В 1987 г. коллегия Министерства культуры РСФСР приняла решение о преобразовании Нижнетагильского музейного комплекса в Государственный музей-заповедник горнозаводского дела Среднего Урала.
Этому предшествовала большая работа. Иван Григорьевич встречался с министром чёрной металлургии, при его посещении Н. Тагила, ездил в Москву для встречи с министрами железнодорожного транспорта и культуры. Они потребовали документы — мною была написана концепция развития музея-заповедника. Мы передали её на рецензию Т. Г. Гуськовой в пединститут. Позже она была принята Президиумом УрО АН СССР. Но нам нужно было её защитить и перед производственниками. Мы с Т. К. Гуськовой поехали в институт черной металлургии: она докладывала об исторической значимости, я — по практическому воплощению. Учёные нас поддержали, одобрили, утвердили. И. Г. Семёнов с этими подписями докторов наук, поехал в Москву в министерства.
Так постепенно реализовалась идея музея-заповедника. В 1989 году появился совместный приказ Минчермета СССР и министерства культуры РСФСР о создании первого в стране отраслевого музея-завода. Созданием первых экспозиций завода занимались И. Г. Семёнов и С. И. Хлопотов. Конечно, без всеобъемлющей помощи НТМК под руководством Ю. С. Комратова, без технических консультаций М. А. Третьякова, А. А. Киричкова, наверное, ничего бы не получилось. Комбинат предоставил рабочих, взял на себя практически все затраты по построению экспозиций доменного, мартеновского, прокатного производства, подвижного состава и благоустройства заводского берега реки Тагил. Старый завод стал площадкой для показа индустриального наследия российским и зарубежным учёным на международной конференции 1993 г. Эта была первая конференция TICCIH (Международного комитета по сохранению индустриального наследия) в нашей стране.
Но мы действовали уже в статусе музея-заповедника. В 1987 г. коллегия Министерства культуры РСФСР приняла решение о преобразовании Нижнетагильского музейного комплекса в Государственный музей-заповедник горнозаводского дела Среднего Урала.
Этому предшествовала большая работа. Иван Григорьевич встречался с министром чёрной металлургии, при его посещении Н. Тагила, ездил в Москву для встречи с министрами железнодорожного транспорта и культуры. Они потребовали документы — мною была написана концепция развития музея-заповедника. Мы передали её на рецензию Т. Г. Гуськовой в пединститут. Позже она была принята Президиумом УрО АН СССР. Но нам нужно было её защитить и перед производственниками. Мы с Т. К. Гуськовой поехали в институт черной металлургии: она докладывала об исторической значимости, я — по практическому воплощению. Учёные нас поддержали, одобрили, утвердили. И. Г. Семёнов с этими подписями докторов наук, поехал в Москву в министерства.
Так постепенно реализовалась идея музея-заповедника. В 1989 году появился совместный приказ Минчермета СССР и министерства культуры РСФСР о создании первого в стране отраслевого музея-завода. Созданием первых экспозиций завода занимались И. Г. Семёнов и С. И. Хлопотов. Конечно, без всеобъемлющей помощи НТМК под руководством Ю. С. Комратова, без технических консультаций М. А. Третьякова, А. А. Киричкова, наверное, ничего бы не получилось. Комбинат предоставил рабочих, взял на себя практически все затраты по построению экспозиций доменного, мартеновского, прокатного производства, подвижного состава и благоустройства заводского берега реки Тагил. Старый завод стал площадкой для показа индустриального наследия российским и зарубежным учёным на международной конференции 1993 г. Эта была первая конференция TICCIH (Международного комитета по сохранению индустриального наследия) в нашей стране.
У нас появились новые филиалы в других городах. Описать, да и вспомнить все невозможно… Постепенно вступали в строй новые городские музеи: музей истории подносного промысла, музей быта и ремёсел горнозаводского населения, музей истории техники, музей природы и охраны окружающей среды. Мечты сбывались, может быть не в той мере, как хотелось бы…
Напоследок хотелось бы привести любимую фразу нашего директора И. Г. Семенова, которая была написана на плакате над его столом «Кто хочет работать — ищет способы, а кто не хочет — ищет причины».
Напоследок хотелось бы привести любимую фразу нашего директора И. Г. Семенова, которая была написана на плакате над его столом «Кто хочет работать — ищет способы, а кто не хочет — ищет причины».
Записала Г.А. Осетрова, научный сотрудник Нижнетагильского музея-заповедника «Горнозаводской Урал»
Скоро здесь появится интересный контент.